mrpumlin4 (mrpumlin4) wrote,
mrpumlin4
mrpumlin4

Эту бы силу, да на доброе дело. Часть 2.

Все материалы данного блога предназначены для лиц старше 18 лет (18+)


СССР как мегапроект. Марк Меерович. Продолжение. Начало ЗДЕСЬ.


ПРОЕКТ № 6. «КОНЦЕЦПИЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО РАССЕЛЕНИЯ»


Расселенческая, градостроительная политика советской власти была предельно инновационна, потому что не имела цивилизационных прецедентов. Она основывалась на никогда ранее не существовавшем решении – передать целиком отдельные сферы деятельности и связанные с их реализацией крупные фрагменты территории страны во владение государственным хозяйствующим «субъектам». Роль таковых присваивается ВСНХ, ведающему всем новым промышленным (прежде всего, военным) строительством и связанным с ним гражданским строительством; Главному Управлению Коммунального Хозяйства НКВД (ГУКХ НКВД), которому поручается владеть всем жилым фондом и всей коммунальной инфраструктурой в существующих городах. Чуть позже к ним присоединяется ещё один общегосударственный «субъект» – Главное Управление Лагерей (ГУЛАГ), которому вверяются строительство транспортных коммуникаций, первичное освоение территорий и ресурсодобыча.

[Читать дальше...]
Именно эти «субъекты», воплощая государственные интересы, выступают распорядителями государственных финансов и трудовых ресурсов. И отчаянно борются за материальные и человеческие ресурсы и деньги. Но это уже другой рассказ.

Согласно концепции социалистического расселения, население должно «двигаться» вслед за размещением новых производств и вслед за ним быть равномерно распределённым по территории страны. Концепция соцрасселения утверждает ценность строительства новых поселений – как мест, свободных от стереотипов прежнего образа жизни, старого характера межличностных отношений, старых форм деятельности, старой культуры – то есть, в целом, как поселений совершенно иного типа, нежели существующие города. Её главная задача – материализовать новые формы организации деятельности и жизни.

Концепция исходит из принципа искусственного прикрепления к месту работы больших масс людей. Удержание нужного количества рабочей силы в нужном месте осуществляется за счёт привязки их пропиской, выдачей продовольственных карточек, наделением жилищем из государственных фондов, медицинским обслуживанием исключительно по месту работы, обучением детей исключительно по месту проживания и т. п. За единицу нормативных вычислений потребного количества населения принимается специфическая расчётная единица – «рабочий».

Именно по количеству рабочих, необходимых производству, высчитывается численность населения соцгорода. Их жены, объединяемые в трудовые коллективы, должны осуществлять бытовое и хозяйственное обслуживание потребностей населения. Их дети – проходить воспитание и обучение, приобщаясь к труду на тех же фабриках и заводах к и совершенствуя свои трудовые навыки в школах рабочей молодежи, фаб-завах и втузах. А никаких иных (например, безработных) людей в советском населенном пункте быть не должно.

Новые поселения призваны создавать с прилегающими к ним сельскохозяйственными зонами единые территориально-производственные системы «город – деревня» с постоянным производственно-хозяйственным обменом: город снабжает деревню конкретным планово изготавливаемым ассортиментом промышленной продукции; деревня обеспечивает город сельскохозяйственной продукцией в количестве, гарантирующем её полное употребление. Процесс втягивания сельскохозяйственных территорий и проживающего на них крестьянского населения в сферу организационно-управленческого влияния создаваемых индустриальных центров, а фактически – в культурную и политическую зависимость и подчинение им, начинает трактоваться как практическое исполнение теоретических постулатов о «стирании границ между городом и деревней».

Важной организационно-управленческой функцией соцрасселения является обеспечение военно-мобилизационной составляющей процесса коллективизации. Новые поселения не только предоставляют выдавливаемым из деревни крестьянам возможность занять рабочие места в промышленной индустрии, но и осуществляют за счёт них комплектование личного состава дислоцированных в них военных формирований. Прибывающее в город крестьянское население разделяется на два потока. Из одного, состоящего из «необразованных и политически ненадёжных крестьян», осуществляется пополнение дислоцированных на данной территории подразделений пехоты и кавалерии (не требующих никакой особой изначальной квалификации новобранцев). Из другого, который составляют крестьяне, уже прошедшие «школу индустриального производства» (т. е. «опролетаренные», организационно подготовленные, технически и политически грамотные и т. п.), комплектуются передовые технические соединения – моторизованные и механизированные. Армия – тоже эффективное средство «социально-культурной переработки» населения.

Кроме этого, новые поселения, являясь центрами окружающих их непролетарских ареалов и выполняя по отношению к ним функцию сосредоточения органов руководства, одновременно выступают форпостами размещения контингентов силовых ведомств, предназначенных для подавления потенциально возможного внутреннего сопротивления – как в самих городах, так и на прилегающих сельскохозяйственных территориях. Поэтому величина соцгородов определяется, в том числе, исходя из способности содержать (в частности, кормить) определённую «массу» этих контингентов, поскольку регулярные военные формирования, как, впрочем, и подразделения ОГПУ и милиции, могут располагаться в населенных пунктах лишь при условии наличия в них достаточного количества производящего и обслуживающего населения.

Таким образом, концепция социалистического расселения проектно размечает границы районов нового расселения и обеспечивает установление в них оптимальной численности населения различных категорий «функционального предназначения». То же самое происходит и в отношении внутренней планировки новых поселений, которые в своей структуре (на ином иерархическом уровне) также реализуют принцип мобилизационно-партийного членения городской территории. Заметим, что в программах проектирования соцгородов предусматривается обязательное размещение в них военных частей.

Какие бы стратегические решения ни принимали разработчики первого в СССР государственного плана построения социализма, они неуклонно исходят из идеи необходимости принудительного управления процессами деятельности людей. Мировоззренчески за этой идеей стоит методологический тезис о том, что «развитие» должно быть искусственно организуемым процессом, т. е. социальные идеи необходимо претворять целенаправленно и сразу. В сталинский период подобное проектное мышление полностью реализовало себя и в этой методологии, и в выросших на ее основе идеях.


ПРОЕКТ № 7. «ВОЕННОЕ БЛАГОПОЛУЧИЕ»


Советская власть в любых своих решениях принципиально отвергала постулаты «экономической эффективности», выработанные буржуазной наукой. Она решительно опиралась на постулат «социальной целесообразности». Модель экономики, создание которой требовалось от плановых органов, должна была предусматривать осуществление индустриализации, основанной, прежде всего, на запланированных к достижению на конец первой пятилетки показателях мощности военной промышленности, называемой «оборонной». Кроме того, она должна была, в большей или меньшей степени, предвосхитить и практически реализовать вероятностные структурные изменения народного хозяйства, необходимые для победы в будущей войне. Гражданская работа Госплана, тем самым, всё в большей степени вынуждена была руководствоваться целями развития военно-промышленного комплекса. Кстати, в апреле 1928 года, для облегчения и упрощения включения военного содержания в разработку программы индустриализации, принимается решение об участии военных представителей во всех стадиях разработки народнохозяйственного плана. Все без исключения проекты первого пятилетнего плана, начиная с середины 1928 года вплоть до окончательной версии 1929 года, начиная с этого времени, проверяются и визируются военными.

Территориальная организация народного хозяйства, по требованиям военных, начинает формироваться с учётом того, что многие существующие оборонные предприятия находятся в недопустимой близости от границ. Поэтому при принятии стратегических решений о расположении новых объектов военно-промышленного комплекса, и шире – о размещении производительных сил по территории страны, – предлагается создание второго стратегического эшелона оборонных предприятий на Урале; а далее, развертывание третьего, и четвёртого, и пятого – в Казахстане, в Сибири, на Алтае, на Дальнем Востоке.

Волевое размещение Кузнецкстроя, Магнитки, Уралмаша и других производств на Урале, на Алтае, в Сибири, не слишком удобное из-за отсутствия потребных транспортных коммуникаций, не слишком выгодное из-за дальних перевозок угля, не слишком очевидное из-за дефицита местных трудовых ресурсов; с точки зрения обороноспособности страны оказывается более чем целесообразным (причём невзирая на любые затраты). Прежде всего, потому что на тот период до Урала, а тем более до Сибири ни один самолёт ни одного вероятного противника долететь не способен – даже у самых мощных европейских бомбардировщиков не хватает ресурса дальности беспосадочного перелёта (с учётом необходимости возвращения на аэродромы базирования).

С этой точки зрения, государственные планы по равномерному рассредоточению производств и населения по территории страны оказываются весьма позитивными – равномерная, рассредоточенная « … система расселения бесконечно затрудняет задачу разгрома (с воздуха или химической атакой) населённого района тем, что вынуждает противника бить по рассеянным целям, минимальнейшего эффекта действия в случае нападения в этих условиях…»6.

Итак, в советском мегапроекте используются принципиально иные, нежели в капитализме, базовые критерии принятия решений по размещению и развитию производства. Если в капитализме таковым является понятие «экономической выгоды», т. е. капиталистические предприятия размещаются в тех местах, где обеспечиваются наименьшие издержки производства (включая расходы на транспорт, привлечение рабочей силы и т.п.), то в условиях социализма следование государственной цели оказывается важнее экономической прибыли. Здесь расчёт подчинён воле, а предприятия размещаются не там, где выгодно, а там, где нужно (исходя, например, из целей обороноспособности, экономической независимости страны или удержания окраинных территорий).

Если в капиталистической теории строительство новых производств тяготеет к существующим транспортным артериям, то в социалистической практике, с точностью до наоборот, строящиеся транспортные коммуникации тяготеют к производству. И если того требуют нужды промышленности, то к конкретному месту, невзирая на трудоёмкость и финансовые затраты, тянутся железнодорожные ветки и магистрали, строятся автомобильные дороги, роются водные каналы и создается инфраструктура для трассировки авиалиний.

Новые населённые пункты возникают в рамках программы индустриализации не сами по себе, а в строгом соответствии со структурой производства, в которой промышленные предприятия в этот период рассматриваются как главные пункты «потребления и распределения». Именно они – получают сырьё, перерабатывают его, получают компоненты и комплектующие, производят продукцию и отправляют её дальше по «цепочке» производственного цикла, включаются в финансовые потоки и бюджетное распределение ресурсов, получают продукты питания и вещевое довольствие, распределяют их по своим работникам и т. п. Интенсивность «потребления и распределения» зависит от величины (мощности) градообразующего предприятия, т. е. от значения его в общегосударственной структуре народного хозяйства. Все эти факторы учитываются при установлении нового административного деления.


ПРОЕКТ № 8. «ПРОЛЕТАРСКИЕ ЯДРА»


Придумав в первые дни своего воцарения инновационные принципы административно-территориального устройства страны и даже успев осуществить пробный «натурный эскиз», создавая, а потом разгоняя Советы, большевики в середине 1920-х годов опять оказываются перед задачей переработки этих принципов под новые задачи – развертывания военной индустрии. Теперь необходимо сформировать административно-территориальное устройство таким образом, чтобы обеспечить партийно-государственное руководство военно- и трудомобилизационными образованиями, формируемыми из проживающего на конкретных территориях пролетарского (с его руководящей и организующей ролью) и непролетарского населения.

Для этого территория страны вновь перекраивается, расчленяясь на единицы с самодостаточным производственным циклом, соразмерные друг с другом по количеству населения и обладающие: а) промышленно-пролетарским «ядром», б) зоной размещения населения, привязанного к производству (промышленному и сельскохозяйственному), в) сырьевыми регионами, обеспечивающими производство, г) обслуживающими производство транспортными ареалами, д) распределительной системой.

Иерархически выстроенная система партийных организаций, осуществляющая управление не только населением, но и хозяйственно-производственными процессами, предполагает приведение партийных организаций одного уровня в хотя бы приблизительное равенство по численности своих членов. Это связано с необходимостью разбить организуемое этими партийными ячейками население тоже на примерно равные части. Поэтому пропорционирование, с одной стороны, численности членов партии, распределённых по территории, а с другой стороны – беспартийной и, как следствие, малосознательной части населения, охватываемой организующим влиянием этих членов партии и мобилизуемой в случае необходимости на выполнение военных или трудовых задач, оказывается определяющим при установлении размеров новых административно-территориальных единиц. Оно «мельче нарезается» там, где населения больше, и «крупнее» – там, где населения меньше.

Создание нового административно-территориального устройства призвано, прежде всего, обеспечить воплощение планов индустриализации. Поэтому оно решает две основные задачи: а) реформирование существующей в европейской части страны структуры управления территориями – здесь старое административное деление «перекраивается» в целях очерчивания пролетарских центров и тяготеющих к ним зон сельскохозяйственного населения; б) формирование в отдалённых, слабозаселённых и неосвоенных районах новой иерархически устроенной партийно-государственной структуры «руководства-подчинения», призванной концентрировать, организовывать и направлять финансовые, материальные, человеческие и прочие ресурсы на достижение производственных целей сверхбыстрыми темпами.

В роли «пролетарских центров» – ядер новых административно-территориальных образований - выступают поселения особого рода – «соцгорода». Их создание - следующий шаг советского мегапроекта. Но впрямую подступиться к нему невозможно: дореволюционная Россия – аграрная страна, в которой из примерно 120 миллионов населения городское составляет всего лишь десятую часть. Большевики убеждены, что для воплощения стратегии индустриального развития нужно как можно скорее переломить дезурбанистические тенденции, всеми возможными средствами (пускай даже насильственными) оторвать крестьян от земли и «преобразовать» их в пролетариев, в горожан.


ПРОЕКТ № 9. «КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ»


Главным человеческим ресурсом для выращивания «нового» человека – исполнителя планов индустриализации – является крестьянство, составляющее в послереволюционный период основную массу населения России. «Крестьянина» следовало из человека со специфическим типом мышления, со способностью к периодическому сезонному напряжению сил и такому же их восстановлению, с «природным» восприятием времени, общинным стилем труда и поведения, морали и мировоззрения, с привычкой к эпизодической концентрации активности и т.п. превратить в «пролетария» – человека, оперирующиго точными отрезками пространства и времени, способного существовать в хронотопе и темпоритме повседневного трудового напряжения и такого же восстановления сил, умеющего овладевать стремительно усложняющейся современной техникой, разделяющего ценности технологически организованного промышленного производства, способного искренне радоваться включению в реформируемую извне социальную действительность, способного принимать участие в высокоорганизованных интеллектуальных и трудовых усилий огромных масс людей, готового напряженно трудиться над узким фрагментом коллективного продукта, не видя и не воспринимая целого и т.п.

Новый человек должен быть постоянно открыт для новых форм коллективного сосуществования, способен принимать новый стиль трудового поведения (в рамках комсомольских бригад, бригад ударного труда, стахановских коллективов и т.п.), готов занимать места в совершенно по-новому формируемых (в соответствии с изменяемой технологией) производственных структурах и неразрывно связанных с ними процессах повседневности, самому проявлять интерес и прикладывать усилия к постоянному их обновлению.

Развитие народа следовало осуществлять через изменение порядка его жизни и образа сознания. В этом большевики не были оригинальны. В определённом роде, они продолжали традиции просветительства, и не только российского. Но, в отличие от романтического антикапитализма европейского культурного авангарда, они осуществляли это исключительно в принудительных формах. А как же ещё – спрашивали В. Ленин и М. Горький – можно использовать для строительства коммунизма «ту массу человеческого материала», которая была испорчена «веками рабства, страданий и капитализма»? Только через целенаправленное преобразование. Только через создание новой среды обитания, которая станет для вчерашних рабов механизмом постоянного дисциплинарного принуждения к духовному и физиологическому самоизменению, в которой будет происходить их ежедневное перерождение.

Идеология принудительного преобразования общества была теоретически обоснована лидерами большевизма. Ещё в 1920 году Н. Бухарин писал, что «государственная власть пролетариата, его диктатура, само советское государство служат фактором разрушения старых экономических связей и создания новых». А осуществляется это благодаря «концентрированному насилию», которое обращается не только на буржуазию, но и вовнутрь, являясь фактором «самоорганизации и принудительной самодисциплины трудящихся». «Верно!» – пометил В. Ленин эту мысль, подчеркнув слово «вовнутрь» и перенеся в словах «самодисциплины трудящихся», за счёт выделения чертой, акцент на «…дисциплины трудящихся».

Большевики искренне верили в то, что только благодаря «концентрированному насилию» можно было заставить население работать больше, нежели это ему нужно для обеспечения собственного существования. Только так можно заставить людей осваивать большие пространства бедной страны с малоэффективными традиционными технологиями и примитивной производственной культурой.

И на фоне этой убежденности власть принимает вполне логичное (с точки зрения ленинской теории и идеологии) решение об использовании труда заключённых. А впоследствии целенаправленно организует регулярные поступления необходимого количества дешёвого и мобильного ресурса заключённых для освоения отдалённых и экстремальных по климатическим условиям частей страны. И это тоже проектная процедура: постановка цели – анализ исходной ситуации – оценка наличных ресурсов – принятие решения – перевод решения в систему сомасштабных исполнителю задач – определение средств, необходимых для решения задач.

Идеология большевиков кардинально изменяла традиционное отношение государства к народу. Понимание его как естественно существующего, самовоспроизводящегося и саморазвивающегося образования было сознательно заменено большевиками на «целевое», проектное отношение – народ начинал искусственно трансформироваться под требования нового строя, создаваться заново, как «более активный, способный к поддержанию нового порядка», к задачам, которые ставила перед ним власть. Он превращался в средство достижения задач, выдвигаемых пролетарским государством.

С укреплением сталинского режима эта проектная составляющая всё более усиливается, так как происходит всё более массовое разрушение естественных основ жизни. А это, в свою очередь, вызывает вынужденное появление и совершенствование различных технологий удержания населения в требуемом состоянии. Главными в арсенале которых выступают принудительные. А основным механизмом, «перерабатывающим население», – промышленность.

Ф. Энгельс писал о том, что «только созданный современной крупной промышленностью, освобождённый от… цепей … которые приковывали его к земле, и согнанный в большие города пролетариат в состоянии совершить великий социальный переворот…». В СССР миллионы душ российского крестьянства, «освобождённые» в результате принудительной коллективизации от «цепей, приковывавших их к земле», будут согнаны на стройки социализма, «опролетарены» посредством включения их в трудо-бытовые коллективы и превращены, тем самым, в основной трудовой ресурс индустриализации, обеспечивая практическое воплощение постулата Ф. Энгельса о необходимости направить пролетариат на «свершение великого социального переворота». А ключевую роль в процессе сосредоточения свободной части рабочих рук (в отличие от подневольных трудовых контингентов ГУЛАГа) в городах-новостройках при объектах современной крупной промышленности станет играть сознательно поддерживаемый дефицит жилья. Расчёт оказался верен – именно дефицит жилья позволил ведомствам быть застрахованными от текучести рабочей силы. Советская жилищная политика превратила «крышу над головой» в средство прикрепления людей к месту работы, так как получить её можно было только из рук администрации заводов и советских учреждений.

Проектная мощь большевиков состояла в том, что они смогли научить себя «превращать философские идеи в гвозди», т. е. смогли воплотить заповеди марксизма-ленинизма в практику реальных действий по преобразованию мира, довести интеллектуальные доктрины до вида конкретных программ и форм социальной организации, до формирования определённого типа поведения, до материализации в устройстве системы управления и до воплощения в конкретных производственных технологиях.

Постулаты марксизма-ленинизма давали советской власти фундаментальное понимание законов развития «искусственно-организуемой» человеческой цивилизации. Они давали критерии проверки принимаемых стратегических решений.

Природа советской власти наиболее ярко выразила себя в сталинизме. Явленная в этот период всесокрушающая воля и созданный ею мощнейший исполнительский механизм представляют собой уникальное явление, до сих пор сокрытое завесой тайны, потому что устройство его так детально и не изучено. Раньше – в советских условиях - непредвзятый анализ был невозможен, да и сейчас мало кто его проводит, потому что значительно больший интерес представляют феномены, непосредственно трогающие любого нормального человека, – ужасы террора, система ГУЛАГа, героизм в Великой Отечественной войне и т. п. Как следствие, пружины сталинской системы управления до сих пор остаются скрытыми.


ПРОЕКТ № 10. «ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТЬ»


Концепция социалистического расселения, в соответствии с основополагающим принципом «жизнь должна обеспечивать способность трудиться», утверждает главенство целенаправленно организуемой производственной деятельности, а обеспечение жильем при ней рассматривает исключительно как подчиненную функцию – обслуживающую производство.

В её рамках место работы трактуется как главный источник укоренённости людей в жизни. Оно призвано выполнять следующие функции: а) распределять среди трудящихся на нём (и, соответственно, среди членов их семей) средства к существованию (выплачивать заработную плату, предоставлять жильё из государственных фондов, осуществлять продуктовое и вещевое снабжение); б) предоставлять социальные блага (детский сад, школу, поликлинику, санаторий, турбазу и т. д.); в) организовывать досуг; в) наделять привилегиями (поощрять жилищем улучшенного качества или увеличенной площади, выдачей улучшенных продовольственных пайков, предоставлением персонального автомобиля и проч.); г) формировать отношения между людьми на основе включённости в социальные группы внутри организаций и т. д.

Совершенно официально, даже законодательно, в этот список включены: «…а) денежная плата; б) квартира, отопление, освещение, водопровод; в) предметы продовольствия и потребления; г) производственная одежда, внеплановые выдачи и т. п.; д) парикмахерские, бани, театр; е) продукты с огородов и советских хозяйств; ж) все осуществляемые предприятиями и учреждениями затраты по организации быта и прочие услуги, предоставляемые коммунальными отделами; з) средства передвижения (билеты по железной дороге, выделение по месту работы, в случае надобности, грузовых автомобилей, оплата проезда к месту работы на трамвае и проч.; и) семейные пайки и другие дополнения к заработной плате, выдаваемые по месту работы семьям рабочих и служащих»7.

Всё это делается для того, чтобы неразрывно привязать человека к месту работы. Но в самое главное средство такой привязки советская власть превращает … крышу над головой.

Стремясь ликвидировать всё «буржуазное», советская власть в качестве основополагающего принципа своей жилищной политики провозгласила и твёрдой рукой последовательно реализовала отмену частной собственности на недвижимость. И ввела вместо неё особый вид собственности – государственную. В нескольких её проявлениях: государственно-ведомственную, государственно-ведомственно-кооперативную, государственно-муниципальную.

Ведомственная собственность на жильё изначально рассматривалась и использовалась советской властью как мощное средство трудового дисциплинирования. Использовалась она также и как средство исключения какого бы то ни было недовольства (или сопротивления) со стороны рабочих – к любому сотруднику, не удовлетворённому условиями труда, или глупыми распоряжениями начальства, или несправедливостью при расчёте заработной платы – чем угодно - мог быть не только приклеен моральный ярлык «возмутителя спокойствия», но применён зловещий законодательно введённый термин «дезорганизатор производства», влекущий за собой увольнение с работы. И самое страшное последствие увольнения – немедленное выселение прямо на улицу. При отсутствии собственного жилища, в климатических условиях России, где под пальмой не перезимуешь, подобная угроза становилась важнейшим стимулом в самокорректировке сознания и повседневного поведения.

Советское ведомственное жильё позволяло держать рабочих в подчинении и зависимости значительно более успешно, чем фабрично-капиталистическое. Потому что изначально и вполне осмысленно приспособлялось к этой задаче. В труде «К жилищному вопросу» Ф. Энгельс произносит слова, способные стать эпиграфом ко всей советской жилищной политике: «государство, эксплуатирующее крестьян и рабочих, не заинтересовано в устранении жилищной нужды, так как она способствует принуждению рабочих к труду и послушанию». Советское государство, эксплуатировавшее крестьян и рабочих в значительно большей мере, чем капиталистическое, также не было заинтересовано в устранении жилищной нужды, потому что дефицит жилища был прекрасным средством принуждения рабочих и к труду, и к послушанию. Жилищная нужда в идеологии и практике советской жилищной политики была сознательно превращена из явления, с которым нужно бороться, в эффективное средство принуждения к вводимым свыше формам организации производственной деятельности и вменяемому извне образу жизни.

Окончание ЗДЕСЬ.



На главную страницу блога

Tags: проект ссср
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments