December 14th, 2017

Как убивали Сталина - 1

Все материалы данного блога предназначены для лиц старше 18 лет (18+)


Из книги Николая Алексеевича Добрюха "Как убивали Сталина"


О состоянии здоровья и поведении Сталина в последние месяцы жизни (по воспоминаниям)
Сын Берии Серго: «Я видел Сталина в декабре 1952 года, в тот момент он выглядел бодро… Однако в январе 1953 года на вечере, посвященном памяти Владимира Ильича Ленина и проходившем в Большом театре, Сталин отсутствовал — это был исключительный случай… Мой отец сказал, что Сталин болен… Мать сказала, что у него началось учащенное сердцебиение в тот момент, когда он садился в машину. Я увидел его спустя несколько дней, и эта встреча была последней. Он вызвал меня к себе, чтобы поговорить со мной об орденах, которыми он собирался наградить инженеров, занимавшихся системой противовоздушной обороны, построенной вокруг Москвы. Вопреки обыкновению он встретил меня, лежа на диване. Его привычная подвижность была утрачена…»

Дочь Сталина Светлана: «Мы увиделись и немножко были опять вместе лишь… летом 1951 года, когда он поехал отдыхать в Грузию, в Боржоми, и вызвал меня туда. <…> Ему было уже 72 года, но он очень бодро ходил своей стремительной походкой по парку, а за ним, отдуваясь, ковыляли толстые генералы охраны.

[Читать дальше...]
<…> После возвращения из Грузии я видела отца всего два раза… в годовщину Октября осенью 1952 года… И потом я была у него 21 декабря 1952 года, в день, когда ему исполнилось 73 года. Тогда я и видела его в последний раз.

Странно — отец не курит. Странно — у него красный цвет лица, хотя он обычно всегда был бледен (очевидно, было уже сильно повышенное давление). Но он, как всегда, пьет маленькими глотками грузинское вино — слабое, легкое, ароматное.
Он плохо выглядел в тот день. По-видимому, он чувствовал признаки болезни, может быть, гипертонии, — так как неожиданно бросил курить, и очень гордился этим — курил он, наверное, не меньше пятидесяти лет. Очевидно, он ощущал повышенное давление, но врачей не было. Виноградов был арестован, а больше он никому не доверял и никого не подпускал к себе близко. Он принимал сам какие-то пилюли, капал в стакан с водой несколько капель йода, — откуда-то брал он сам эти фельдшерские рецепты; но он сам же делал недопустимое: через два месяца, за сутки до удара, он был в бане… и парился там, по своей старой сибирской привычке. Ни один врач не разрешил бы этого, но врачей не было…

<…> Молотов был фактически не у дел, и его даже в дни болезни отца не позвали».
Рассказ Хрущева: «…я уже видел, что Сталин тяготился Берией, и не только тяготился, а мне казалось, что были периоды, когда Сталин боялся Берию. На эти мысли наталкивал такой инцидент. <…> Как-то мы сидели у Сталина, и вдруг Сталин смотрит на Берию и говорит: «Почему сейчас окружение у меня оказалось все грузинское? Откуда оно взялось?»

Берия говорит Сталину: «Это верные вам, преданные люди».

— Почему грузины мне верны и преданны, а русские что, не преданны и не верны, что ли? Убрать!
Тут, как говорится, как рукой сняло этих людей. Сразу их убрали. Берия ходил как побитый.
Я тогда подумал… что Сталин просто боится Берию, потому что Берия способен через своих людей сделать со Сталиным то, что он делал с другими по поручению Сталина: уничтожал, травил и прочее. И поэтому Сталин, видимо (если за Сталина рассуждать), справедливо считал, что раз Берия способен сделать это, и сделать чисто с другими, то почему это он не может сделать и со мною, то есть со Сталиным? (Выходит, вопреки мнению большинства историков, не зря у Сталина была такая чрезвычайная подозрительность? — НАД.) Поэтому надо убрать окружение, через которое он имел доступ и к кухне, и прочее. Он их и убрал.

…Сталин не понимал, потому что стар был, что тогдашний нарком госбезопасности Абакумов докладывал ему уже после того, как он эти же вопросы докладывал Берии и получал указания, как докладывать Сталину. Сталин думал, что он свежего молодого человека выдвинул и что тот теперь делает то, что Сталин говорит. А этого не было на самом деле. Вот так».

Из разговоров Феликса Чуева с Молотовым:

«Молотов: …Сталина я видел за четыре-пять недель до его смерти. Он был вполне здоров.

Чуев: …Сталин перестал доверять Берии.

Молотов: Я думаю, да. Он знал, что Берия пойдет на любое, чтобы себя спасти. Тот же Берия подбирал охрану фактически, а Сталин выбирал из того, что ему давали, думал, что сам все это делает. А Берия подсовывал.

Чуев: Могло быть, что они (Берия и Маленков, — НАД.) отравили Сталина, когда выпивали с ним в последний день перед болезнью?

Молотов: Могло быть. Могло быть. Берия и Маленков были тесно связаны. Хрущев примыкал к ним и имел свои цели. Он всех перехитрил!

…Когда Сталин заболел, меня вызвали. Я приехал на дачу. Там были члены Бюро… Командовал Берия.
Сталин лежал на диване. Глаза закрыты. Иногда он открывал их и пытался что-то говорить, но сознание к нему так и не вернулось. Когда он пытался говорить, к нему подбегал Берия и целовал его руку.

Чуев: Не отравили ли Сталина?

Молотов: Возможно. Но кто сейчас это докажет? <…> Вот когда он умер, тут все и началось. (Это не так! Ради чего и воспроизводится вся эта история в документах и воспоминаниях современников. — НАД.)

Чуев: Говорят, его убил сам Берия?

Молотов: Зачем же Берия? Мог чекист или врач. Когда он умирал, были моменты, когда он приходил в сознание. Было — корчило его, разные такие моменты были. Казалось, что начинает приходить в себя. Вот тогда Берия держался Сталина! У-у! Готов был…

Не исключаю, что он приложил руку к его смерти. Из того, что он мне говорил, да и я чувствовал… На трибуне Мавзолея 1 мая 1953 года делал такие намеки… Хотел, видимо, сочувствие мое вызвать. Сказал: «Я его убрал». Вроде посодействовал мне. Он, конечно, хотел сделать мое отношение более благоприятным: «Я вас всех спас!» Хрущев едва ли помог. Он мог догадываться. А возможно… Они все-таки близко. Маленков больше знает. Больше, больше. (Знал, но молчал. Даже с сыном до последней своей минуты не захотел откровенничать на эту тему. — НАД.) <…> Перед смертью Сталин поднял руку. Поднять-то поднял, но…»

Константин Симонов (взгляд со стороны): «После смерти Сталина Берия хотел приобрести дополнительную популярность, показав себя… человеком, не случайно отодвинутым несколько в сторону в последние месяцы жизни Сталина, человеком, которому Сталин не доверял или перестал доверять…»

Что бы и кто ни говорил, но теперь тайна смерти Сталина раскрыта. В бывшем кремлевском архиве мною обнаружены документы, свидетельствующие о его отравлении!!!

Здоровье перед смертью (по документам)

Все разговоры о том, что случившееся кровоизлияние в мозг и быстрая кончина Сталина явились следствием его плохого здоровья, особенно в последние годы жизни, полностью опровергаются обнаруженными мною обстоятельными медицинскими обследованиями его организма на протяжении более, чем 30 лет. Эти данные опровергают и те заявления, согласно которым Сталин настолько сомневался в надежности врачей, что боялся даже обследоваться и тем более лечиться, нередко прибегая из-за этого к самолечению. Наоборот. Из-за любого недомогания к нему тут же вызывались врачи и устанавливали многодневное, а порою и ежесуточное наблюдение за общим состоянием организма.

Привожу доказательства. Сталину 68 лет. Обследование перед курортными процедурами в Мацесте 16.09.1947 г. Выписка из медицинского документа: «Диагноз: основной — гипертония в начальной стадии; сопутствующий — хрон.(ический) суставной ревм.(атизм), переутомл.(ение). Пульс 74 в 1 мин. Арт.(ериальное) давл.(ение) 145/85. Леч.(ащий) врач Кириллов».

Чтобы в полной мере оценить эти сталинские показатели здоровья, читатель может пойти в больницу и, сравнив со своими собственными, убедиться, что у подавляющего числа людей в возрасте от 40 до 60 лет давление 135 на 85 считается нормальным, а у тех, кому (как тогда Сталину) за 60, отвечают норме и гораздо более высокие цифры 150 на 90.

И это до курорта. А после курорта 29.09.47 г. показатели у вождя были уже, как у сорокалетнего, а именно: «Кровяное давление после ванной 135/75. Пульс после ванной 68 в 1 мин., ритм.(ичный). Тоны сердца отчетливы. Суставы не беспокоят. Самочувствие и настроение хорошее. Кириллов».

Чтобы проследить, как складывалось здоровье вождя дальше, достаточно следующих буквально ошеломляющих выписок из его медобследований!

Сталину 71 год. «4.09.50. Пульс до ванной 74 в 1 мин. Кр.(овяное) давл.(ение) 140/80. После ванной пульс 68 в 1 мин., ритм.(ичный) Арт.(ериальное) давл.(ение) 138/75. Тоны сердца стали лучше. Сон удовл.(етворительный). Кишечник регулярно. Общее состояние хорошее. Кириллов».

Сталину 73 года. «09.01.52. Пульс 70, полный, правильный. Кров.(яное) давление 140/80…» И это измерения, сделанные при сильнейшем гриппе с высокой температурой. Вряд ли каждый даже гораздо более молодой и здоровый человек может похвастаться подобными цифрами! Обращает на себя внимание и тот факт, что больше даже о «начальной стадии гипертонии» нигде не говорится!

Вывод: заявления, что «Сталин был серьезно болен, особенно после тяжелейшего напряжения в годы Второй мировой войны», не соответствуют действительности. Кто автор этих заявлений, становится понятным, когда узнаешь время их появления… Они стали раздаваться сразу, как только 4 марта 1953 г. начал печататься бюллетень о состоянии здоровья вождя. В двух из них (вопреки действительному положению, неоднократно отраженному в прижизненных медкартах) официально утверждалось: «В ночь на второе марта у И. В. Сталина произошло кровоизлияние в мозг… на почве гипертонической болезни и атеросклероза». Итак, эти лживые утверждения стали раздаваться сразу, как только к руководству страной пришли Берия и его ставленники Маленков и Хрущев. То, что я не оговорился, назвав Маленкова и Хрущева ставленниками Берии, свидетельствует обнародованный мною ранее секретный Протокол Совместного заседания 5 марта 1953 года Пленума ЦК КПСС, Совета Министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР, завершившегося в 20 часов 40 минут, т. е. за 1 час 10 минут до официально объявленной смерти Сталина!!!

Нескрываемое убийство

Подозрения, что Сталину могли давать яд для отравления в несколько заходов, скорее всего, несостоятельны. Конечно, как отмечают специалисты, такие «долгоиграющие яды» накопительного свойства существуют и начинают действовать, когда их накопление достигает критической массы. А до того эти яды способны почти незаметно накапливаться в организме в процессе биоаккумуляции. То есть, поступая в организм безвредными дозами, не обнаруживаемыми традиционным методом анализа, они из организма не выводятся, так как принадлежат к тем инородным веществам, которые организм выводить из себя не способен или почти неспособен, как, скажем, тяжелые металлы.

Обнаруженные документы говорят за то, что против Сталина был использован не «долгоиграющий», а сравнительно «быстрый яд». Скорость его действия зависела от форм применения и употребленных доз. Отравление состоялось с 28 февраля на 1 марта 1953 года, т. е. с субботы на воскресенье, когда по заведенному в России обычаю основные медицинские силы отдыхают и, стало быть, кого нужно, сразу не найдешь! Значит, с самого начала в этом отравлении отчетливо просматривается основательно продуманная заданность на случай, если яд не окажет мгновенного действия, что и имело место, если придерживаться официальных сообщений.

Впрочем, как я уже неоднократно сообщал в СМИ, вначале мог быть мгновенно отравлен сам Сталин, и только потом — его двойник… но с таким расчетом, чтобы действовавший яд давал время спокойно разделить власть! Вместе с тем есть документальные свидетельства, что такое затянувшееся отравление в планы Берии не входило. И он сильно перенервничал. Зато потом, «когда все было кончено» (как вспоминали многие, в том числе и дочь Сталина), не мог «скрыть своего торжества». А перед этим с его стороны наблюдалась какая-то суета, нашедшая отражение в подконтрольных тогда только ему средствах массовой информации, в виде следующего ложного Правительственного сообщения от 4 марта 1953 года: «В ночь на 2-е марта у товарища Сталина, когда он находился в Москве в своей квартире, произошло кровоизлияние в мозг…» Зачем Берии понадобилось такое вранье, до сих пор непонятно! Что изменилось бы в восприятии общества, сообщи он правду, что произошло это на даче, или не сообщай вообще, где это случилось?! Явно Берии это было зачем-то нужно! Но зачем? Неужели затем, чтобы разыграть роль двойника, когда настоящий Сталин сразу умер на даче, а предполагаемый двойник срочно «заболел» в Кремле, откуда его в течение ночи с 1-го на 2-е марта и доставили на дачу для подмены быстро скончавшегося Хозяина?!

К сожалению, сколько я не допытывался у нынешних ответственных лиц и у бывших охранников вождя, — был ли журнал, регистрировавший въезд и выезд приезжавших на дачу? — никто почему-то не хотел даже обсуждать эту тему. Говорили: либо «не знаю», либо вообще отвергали существование тогда подобной формы учета на даче Сталина.

Это очень странно, потому что даже сейчас, через 50 с лишним лет, когда Хозяина на даче давно нет, охрана на въезде и то фиксирует в спецжурнале даже тех, кто просто обращается на пропускную. Исходя из своего огромного опыта, не могу поверить, чтобы в те сверхстрогие времена было иначе. Если же журналов регистрации все-таки не было, то получается, что могли привозить туда и увозить, кого угодно. Впрочем, даже при наличии журнала и требований обстоятельного контроля по отношению ко всем без исключения, машину Берии вряд ли тщательно да и вообще проверяли… (Когда я читал это исследование бывшему Председателю КГБ В. А. Крючкову, он сказал, что такой журнал наверняка был!!!)
Короче говоря, с этим отравлением у Берии что-то чуть не сорвалось. Недаром же, когда со Сталиным (в том числе и с возможным его двойником) все бьио кончено, Берия вскоре арестовал Майрановского Григория Моисеевича — начальника находившейся в Варсонофьевском переулке (это недалеко от Лубянки)… лаборатории ядов для тайных убийств. И тот потом еще долго оправдывался из тюрьмы в письменной форме в адрес Берии, дескать, виновен, что сила моих ядов оказалась не такой, как рекламировал. При этом обещал положение исправить!!!Так он оправдывался, пока его не приговорили… Оправдывался перед Лаврентием Павловичем, не зная, что того уже самого давно арестовали и… Выглядело это так.
Из писем Майрановского Берии: «Я обращаюсь к Вашему великодушию: простите совершенные мною преступные ошибки. <…> У меня есть предложения по использованию некоторых новых веществ: как ряда снотворного, так и смертельного действия — в осуществление этой вполне правильной Вашей установки, данной мне, что наша техника применения наших средств в пищевых продуктах и напитках устарела, и что необходимо искать новые пути воздействия через вдыхаемый воздух…» 21 апреля и 17 июля 1953 года.

Способы отравлений видны из допроса Майрановского 23 сентября: «Мы яды давали через пищу, различные напитки, вводили яды при помощи уколов шприцем, тростью, ручкой и других колющих, специально оборудованных предметов. Также вводили яды через кожу, обрызгивая и поливая ее…»

Из письма офицера по особым поручениям Сталина мне стало известно, что вождя собирались умертвить именно одним из этих способов и, скорее всего, последним, т. е. через смачивание кожи путем ее полива или обрызгивания. Эта процедура по подслушанному им плану Берии носила название «Операция «Гамлет».

Ещё известно следующее. Старый чекист Наум Эйтингон свидетельствовал, что однажды «присутствовал при производстве опытов в лаборатории Майрановского» и наблюдал «впрыскивание четырем подопытным жертвам яда кукарина. Яд действовал почти моментально…»

…Да! После отравления вождя Берия, судя по его приказу сталинской охране («Никому ничего о болезни товарища Сталина не говорить!»), заметно нервничал. Что-то пошло не так, как он планировал. И все-таки операция «Гамлет» (пусть и в сильно измененном виде) в конце концов состоялась!

А то, что Лаврентий Павлович готовился к «войне против Сталина» не отрицает даже его сын Серго. Вот как он вспоминает об этом, предварительно утверждая, что отец знал, что Сталин готовит его арест: «В 1952 году, — говорит сын, — мой отец уже понимал, что терять ему нечего… Мой отец не был ни трусом, ни бараном, послушно идущим на бойню. Я не исключаю, что он мог что-то замышлять… Для этого в органах у него всегда были свои люди… Кроме того, у него была своя разведывательная служба, которая не зависела ни от какой существующей структуры!»

Есть и другое свидетельство о причастности Берии к убийству Сталина. И хотя у меня оно вызывает сомнения, потому что исходит от живущего на Западе собирателя сплетен Романа Бракмана, для полноты информационной картины считаю необходимым привести и его. Это своеобразное свидетельство получено Бракманом от Нугзара Шария — заслуженного артиста Грузинской ССР, якобы являвшегося сотрудником грузинской редакции радио «Свобода» в Мюнхене. По словам Бракмана, Нугзар Шария своими ушами слышал от своего дяди Петра Шария, бывшего помощника Берии, как «в кругу своих людей, освобожденных им из тюрьмы мингрельских генералов, Берия хвастался, что отравил Сталина и спас их от верной смерти, а всех мингрелов от высылки».

Что бы конкретно не планировалось, но, исходя из признаний Майрановского на допросе и воспоминаний сталинских охранников, выходит, что, скорее всего, Сталин отравился сразу, как только выпил минералку. Об этом свидетельствует тот факт (а может быть, версия?), что его нашли лежащим у стола, на котором стояла бутылка минеральной воды и стакан, из которого он пил. А поскольку яд действовал «почти моментально», выпив, Сталин тут же упал… по одним данным замертво, по другим — потеряв сознание, во всяком случае — дар речи потерял точно! Тут его якобы и увидала дачная обслуга, взломав двери в покои Хозяина после длительных согласований в верхах…

Начав обсуждение темы отравленной минералки, самое время сказать насчет одной весьма загадочной улики, которая случайно попалась мне на глаза, и которую я называю «Историей о трех бутылках минеральной воды». Дело в том, что, работая с архивами, я обнаружил, как 8 ноября 1953 года музею Ленина из Санитарного управления Кремля решили передать для музея Сталина «медикаменты и три бутылки из-под минеральных вод», но отчего-то по не указанным причинам 9 ноября передали лишь «2 бутылки (одна из-под нарзана, другая из-под боржоми)». Возникают вопросы: «Почему не передана третья бутылка, где она находится, и какой она могла бы дать анализ, если верить версии, что «Сталина нашли лежащим у стола, на котором стояли стакан и открытая бутылка минеральной воды (по одним данным — боржоми, по другим — нарзан)»???» Впрочем, яд мог быть и… не в воде, а на дне и на стенках стакана, который легко мог подложить сам Берия, убрав прежний стакан, что называется, с глаз долой…

То, что Сталин был отравлен, свидетельствуют документы, обстоятельно приводимые ниже. Здесь же меня интересует: каким именно образом это было сделано? И тут я должен сказать, что очень сомневаюсь, чтобы у Сталина (на всякий случай!) не было потайного хода прямо из его комнат за пределы дома?! Тогда бы могло найти подтверждение и предположение о проникновении (говоря современным языком) киллера в его покои, чтобы осуществить операцию «Гамлет» в чисто шекспировской версии, когда вождь спал… Эту версию тоже не мешало бы проверить! Ведь нашли же в 90-е годы во время ремонта под его кремлевским кабинетом тайный лаз…

Секретные записи врачей, лечивших последнюю болезнь Сталина

Среди этих записей главное место занимают журнал, отражавший сутки за сутками развитие событий, и, разумеется, Акт патологоанатомов.

Журнал врачей во многом сводит на нет все без исключения мемуары и самые серьезные исследования о последней болезни и смерти Сталина. Хрущев и С. Аллилуева, Волкогонов и Радзинский, сын Маленкова Андрей и сын Берии Серго, другие известные и неизвестные авторы вместо изложения фактов писали сочинения… по памяти или с чьих-то слов. Каюсь. К ним какое-то время принадлежал и я. И вот теперь этот журнал, регистрировавший происходившее со 2-го по 5 марта 1953 г., совершает переворот во всех главных представлениях о том, что случилось тогда.

Я старался выбрать самые важные места из той кипы секретных бумаг, в которую по указанию властвовавшего тогда министра МВД Берии было свалено все, что писалось в те страшные часы. Особую важность представляют исчерканные «медицинские черновики», на основе которых тут же составлялись чистовые записи. Но даже в них легко просматриваются сомнения и опасения лечивших врачей в связи с тем, что они наблюдали. Многое врачи не знали как(?), а скорее всего, просто боялись правильно объяснять и… объясняли так, чтобы потом, если что, можно было… выкрутиться! У них было явное желание не упустить из виду ничего, дабы потом их не обвинили, дескать, вы не заметили то, что видели все, и якобы поэтому поставили неверный диагноз… и назначили неправильное лечение!

Прежде чем цитировать журнал, обобщенно представлю записи, которые отмечают признаки отравления Сталина и подтверждают то, что в конце журнала выявят анализы. Судя по всему, врачи, лечившие вождя, наблюдая значительное повышение температуры тела, дерганья конечностей, судороги, дрожания головы, расстройства дыхания и прочее, понимали, что имеет место… отравление!!! Поэтому среди лечебных назначений есть почти все, что применяется при поражении токсическими ядами, а именно: холодный компресс (пузырь со льдом) на голову, сладкий чай с лимоном, очистка желудка серно-кислой магнезией и т. д. Усердствуя, врачи заметно опасались и… переусердствовать по той простой причине, что такое поведение диктовалось им каким-то подозрительно двойственным отношением Берии к предлагаемым медицинским процедурам… Врач Чеснокова вспоминала: «Реаниматолога Неговского и меня с аппаратурой для реанимации привезли на дачу Сталина 2 марта. Когда мы расставляли аппаратуру, Берия громко и властно сказал: «Так… Сейчас вы будете рассказывать, что с собой привезли, что собираетесь делать, а я вас буду внимательно слушать…» Ну какое после таких слов могло быть лечение?! Говорил бы это профессионал дилетантам, а то ведь — наоборот…

После такой предварительной подготовки можно приступать к чтению записей медиков о последней болезни и смерти Сталина.

Журнал врачей

<…> При осмотре в 7 часов утра — больной лежит на диване на спине, голова повернута влево, глаза закрыты, умеренная гиперемия лица, было непроизвольное мочеиспускание (одежда промочена мочой). <…> Дыхание не расстроено. Пульс 78 в минуту с редкими выпадениями. Тоны сердца глуховаты. Кровяное давление 190/110 <…> Живот мягкий, печень выходит из-под реберного края по среднеключичной линии на 3–4 см. В области правого локтевого сустава — следы ушиба (экскориация и небольшая припухлость). Больной в бессознательном состоянии. <…> Менингиальных симптомов нет. <…> Состояние больного крайне тяжелое. (К этим данным из записи профессора Лукомского можно добавить, что «был обнаружен полный паралич обеих правых конечностей. <…> При поднимании век глазные яблоки уходили то вправо, то влево. <…> В левых конечностях временами появлялось двигательное беспокойство. <…> Во избежание аспирации решено было снять зубные протезы…» — НАД.)

2 марта 1953 года

7.00 АД 190/110, пульс 86 в мин., дыхание 30 в 1 м. (Расхождения при измерении пульса, — 78 и 86, — можно объяснить либо более ранним замером, либо подсчетом пульса на разных руках, либо обычной ошибкой. — НАД.)
10.00 <…> Положен лед на голову.
11.00 Более выраженные двигательные беспокойства, левой рукой отталкивал пузырь со льдом.
12.45 <…> Температура 37,1. В. Иванов.
13.30 <…> Места от пиявок до сих пор понемногу кровоточат (В 9 час. было поставлено 8 пиявок за уши.) Лукомский.
15.00 <…> Дополнительно поставлены 4 пиявки на левый сосцевидный отросток. В. Иванов.
16.00 <…> В 4-м часу дня проглотил 3 чайных ложки чая без поперхивания. Паралич правых руки и ноги остается. <…> Состояние больного по сравнению с состоянием в 7 час. утра стало еще более тяжелым… Третьяков, Куперин, Лукомский, Ткачев, Глазунов, В. Иванов.
18.30 Лед на голову пока отменен. <…> Начали давать пер. ос (непонятное сокращение слов, — НАД.) сладкий чай с лимоном. Больной получил 4 чайных ложки. Температура тела в правой подмышечной ямке 37,4°, а слева 37,6°. В. Иванов. (Создается впечатление, что моментами врачи одновременно пытались лечить и от отравления, и от его последствий, выразившихся в нарушении кровообращения и инсульте; но, конечно, не говоря об отравлении ни слова. То есть — имели его в виду, как нечто, само собою разумеющееся при отмеченных признаках. — НАД.)
22.45 Состояние тяжелое, больной открыл глаза и пытался разговаривать с т. т. Маленковым Г. М. и Берия Л. П. <…> Больной сильно потеет. Температура 38°.

3 марта 1953 года

7.10 Больной беспокоен, — после перемены подушек и питья воды с лимонным соком и глюкозой — стал несколько спокойнее.
10 час. 30 мин. Консилиум (Третьяков, Куперин, Коновалов, Мясников, Ткачев, Глазунов, Тареев, Филимонов, Лукомский, Иванов-Незнамов). <…> По сравнению с последним консилиумом от 2 марта в 24 часа в состоянии больного произошло значительное ухудшение: угнетение сознания стало более глубоким, усилились нарушения дыхания, деятельность сердца слабеет. Консилиум считает состояние больного угрожающим.
<…> Консилиум считает необходимым всем участникам в настоящее время находиться около больного.
13.30 <…> После дыхания кислородом ритм дыхания становится более правильным и ровным. <…> Временами появляются проблески сознания, пытается что-то сказать, отдельное слово разобрать невозможно. Голову на подушке держит, глаза временами открывает, взглядом не фиксирует, при усилении дыхательных расстройств глазные яблоки производят колебательные движения то в вертикальном, то в горизонтальном направлениях. Зрачки узкие, реакция на свет вялая, правая носогубная складка опущена, язык не высовывает. <…> Временами появляется двигательное беспокойство в левых конечностях (перебирание пальцами в воздухе, застывание поднятой руки, иногда хватательный рефлекс в левой кисти).
19.00 Около 50 минут больной был без кислорода. Наблюдался кратковременный проблеск сознания, реагировал на речь товарищей.
<…> Состояние здоровья тов. Сталина на 24 часа 3 марта… Резко усилились расстройства дыхания, доходя часто до угрожающего состояния — полной остановки дыхания. <…> В последний час консилиум применил, в целях спасения жизни тов. Сталина, медикаментозные средства, намеченные ранее на крайний случай. Несмотря на применение этих средств в состоянии здоровья тов. Сталина улучшения не наступает.

4 марта 1953 года

0.10 <…> В начале первого часа ночи состояние больного стало крайне тяжелым вследствие часто повторяющихся остановок дыхания… Лукомский
(В связи с крайним ухудшением, начиная с полуночи на 4 марта больному стали вводить инъекции кофеина. — НАД.)
6.30 С 3.30 до 6 час. состояние дыхания было несколько лучше, чем в первом часу ночи, хотя периодически отмечались продолжительные паузы, проходившие после надавливания на грудную клетку.
7.35 Дан кислород — синюшность несколько меньше.
8.00 Резкий цианоз лица и конечностей. (Цианоз — посинение и почернение кожи и слизистых оболочек. Почернение с признаками побурения кожи появляется при отравлении некоторыми ядами — анилином, нитробензолом, бертолетовой солью и др., — так как из-за них гемоглобин крови превращается в так называемый метгемоглобин, имеющий темную коричневую окраску. Не исключено, что Сталин был отравлен целым букетом, то есть смесью различных ядов. — НАД.)
14.00 Больной вспотел. <…> Дыхание улучшилось. Явления цианоза губ, лица и кистей рук уменьшились. Больной спокоен.
(Начиная с 15.00 и до 21.00, то есть целых 6 часов дневник врачей почему-то не велся. Делались лишь общие обзорные заметки о состоянии и процедурах. — НАД.)
21.00 <…> Сознание полностью отсутствует. Дыхание с частыми и длительными паузами — до 10 секунд пауза.
22.00 <…> Значительное последовательное кровотечение после пиявок, особенно за правым ухом.
23.00 Прошедший час больной провел сравнительно спокойно, производя в общем впечатление спящего ровным сном <…> Больному было предложено 4 неполных ложечки раствора глюкозы, которые он проглотил путем несколько запоздалых, но отчетливых глотательных движений.


Продолжение ЗДЕСЬ.



На главную страницу блога

Как убивали Сталина - 2

Все материалы данного блога предназначены для лиц старше 18 лет (18+)


Продолжение. Начало ЗДЕСЬ.


5 марта

(С 1 часу до 3 часов ночи дневник опять почти не ведется. Вначале я думал, что это от полной безнадежности, но, когда вдруг обнаружил цитируемую ниже невзрачную бумагу, то… стало ясно, что это… от незнания, что делать, точнее — от незнания, как поступить?! К этому времени (в ночь на 5 марта) пришли анализы крови и мочи, из которых следовал однозначный вывод: отравление(!), отравление(!!), отравление!!! Заключение консилиума на 1 час ночи 5 марта предельно лаконично: «<…> При исследовании крови отмечено увеличение количества белых кровяных телец до 17 000 (вместо 7000–8000 в норме) с токсической зернистостью в лейкоцитах. (Вот оно!!! — НАД.) При исследовании мочи обнаружен белок до 6 промилле (в норме 0)». Еще одно подтверждение! Все стало ясно. Но… как врачи это могли сообщить Берии? Сразу бы последовал вопрос: «Лучше сами признавайтесь, кто из вас отравил товарища Сталина?! Иначе — всех…» Что делать? Решили, учитывая безнадежность положения и упущенное время, просто зафиксировать факт… Поэтому была такая длительная без всяких процедур пауза, нашедшая отражение в полном бездействии и первой записи лишь в 3 часа ночи… — НАД.)

3 ч. ночи. <…> Печень остается увеличенной. (Один из обязательных признаков сильнейшего отравления. — НАД.)
[Читать дальше...]
3 ч. 30 м. <…> В пальцах левой руки временами движения пере — бирания, в левой ноге стереотипные движения поднимания ее и отведения. Правые конечности неподвижны. Коновалов, Ткачев, Глазунов.
4.55 Появилась икота (2–3 раза). (Теперь события начнут развиваться стремительно! — НАД.)
6.00 У больного появилась икота (2–3 раза).
6.3 °Cнова появилась икота.
7.00 В 7.10 была икота, затем снова дыхательная пауза. Коллапс. Профузный пот. Дан кислород. В 7.12 дан кислород с несколькими глотками углекислоты. Цианоз нарастает.
7.20 У больного наблюдалось двигательное беспокойство, он попытался вставать. Цианоз не исчезает. Обильный пот. Похолодания ног нет.
7.50 <…> Икота.
8.00 <…> Икота.
8.20 Двигательное беспокойство. Позывы на рвоту. Рвота с кровью (рвотные массы темного цвета). Несколько приподняли верхнюю часть туловища и голову. Сделана инъекция кофеина (1 кб. см). Состояние крайней тяжести. Больной открыл глаза. Резкий цианоз. Кровяное давление 170/110. Пульс — 110 в минуту, слабого наполнения. Рвотные массы посланы на анализ.
(Дальше я посвящу анализам целую главу со всеми подробностями и комментариями «звезд» отечественной медицины, а пока приведу первую реакцию на произошедшее из воспоминаний профессора A. Л. Мясникова: «Утром пятого у Сталина вдруг появилась рвота кровью: эта рвота привела к упадку пульса, кровяное давление пало. И это явление нас несколько озадачило — как его объяснить? (Вот именно, как объяснить его Берии?! — НАД.) <…> Все участники консилиума толпились вокруг больного и в соседней комнате в тревоге и догадках…» Нельзя забывать — эти воспоминания писались в те годы, когда еще тема эта находилась под страшным запретом. Если даже сейчас к ней допускаются лишь избранные (я — случайное исключение?!), то можно представить, как это было засекречено тогда! И тем не менее какое красноречивое, хотя и весьма поверхностное, то есть какое-то недосказанное признание о догадках… — НАД.)
8.27 Снова рвотные движения. Под голову и верхнюю часть туловища подложена еще подушка.
8.30 Пульс 104. Больной побледнел и вспотел… Дыхание неглубокое 30 в минуту (при норме 16–18 в минуту, — НАД.), правильного ритма.
8.4 °Cнова повторились рвотные движения…
8.45 Кровяное давление 155/95.
8.50 …Кровяное давление 145/90… Дыхание стало ровным, но поверхностным.
9.05 Снова позывы на рвоту… Кровяное давление 170/105.
9.25 Рвоты нет…
10.15 Восстановилось ровное, глубокое дыхание. Изредка икота. Пульс 120 в минуту, число дыханий — 30 в минуту. В 10 час. температура 36,8°. Глазунов.
10.50 Появилась икота, которая затем быстро прекратилась.
11.08 Небольшой кашель…
11.14 Икота.
11.20 Кашель, рвотные движения, пульс стал очень слабым. Головной конец тела приподнят — подложены дополнительные подушки. Под кожу введен 1 кб. см кофеина и 1 кб. см кардиозола.
11.30 Внезапно наступили позывы на рвоту. Состояние больного сразу ухудшилось. Наступило резкое побледнение лица и верхнего отдела туловища. <…> Наблюдалось легкое движение головы, 2–3 тикообразных подергиваний в левой половине лица и судорожные толчки в левой ноге.

(Признаки сильнейшего отравления, как говорится, налицо. Свидетельствуют о нем и анализы кровавой рвоты. Исследование первого сгустка крови, выброшенного утром 5 марта 1953 года, состоялось уже в 9 часов 15 минут. На приемном бланке № 14944 (номер от руки) написано: «Доставлен на салфетке сгусток темно-красного цвета величиной 3 см на 2 см. Сгусток отмыт физиологическим раствором, который окрасился ярко красным цветом, при исследовании взвеси оказались неизменные эритроциты. Нерастворимая часть сгустка отправлена для гистологического исследования. Лаборант Виноградов(а)».

Далее, на бланке «Гистологического исследования № 226 (от 05.03.1953)» клинико-диагностической лаборатории патолого-анатомического отделения Кремлевской больницы указывается: «Объект исследования — сгусток крови. Врач Сыряцкая. Результаты исследования: при микроскопическом исследовании обнаружен свежий сгусток крови: в нитях фибрина эритроциты и лейкоциты. 5.III. 1953». Подпись неразборчива. Кажется, «В. Кирилова».

А перед этим в 9 часов туда же была привезена на исследование первая порция рвотной массы. Вот что о ней говорится в документе № 14934: «Доставлено небольшое количество рвотной массы коричневого цвета на салфетке. При исследовании реакция Грегерсена — резко положительная. (Определяет скрытую кровь в содержимом желудочно-кишечного тракта. — НАД.) После отмывания рвотных масс физиологическим раствором с последующим центрофугированием и исследованием осадка обнаружено, что осадок состоит из неизменных и выщелочных эритроцитов в небольшом количестве и значительного количества аморфного кровяного распада клеток эпителия в небольшом количестве. Лаборант Виноградов(а)». Даже неспециалисты ужаснутся от таких анализов. — НАД.)

11.40 <…> Позывов на рвоту нет.
11.45 Восстанавливается дыхание, оно становится более глубоким и ровным. Лицо покрыто потом. Кожные покровы бледноваты, губы и кисти рук (особенно ногти) цианотичны. Глазунов.

Заключение консилиума 5 марта в 12 час. дня

<…> В начале девятого у больного появилась кровавая рвота… которая закончилась тяжелым коллапсом, из которого больного с трудом удалось вывести. В 11 час. 30 мин. после нескольких рвотных движений вновь наступил коллапс с сильным потом, исчезновением пульса на лучевой артерии; из коллапса больной был выведен с трудом…

(Этого тогда в газетах не печатали. Вот, скорее всего, когда кто-то из врачей, уже имея на руках повторный анализ, под большим секретом сообщил сыну Сталина Василию, что в действительности случилось с отцом. И Василий, как пишет его сестра Светлана, стал кричать: «Отца отравили!..» — НАД.)

12.00 <…> Наблюдается дрожание головы.
12.10 Вновь появилась икота на короткое время.
12.15 <…> Икоты нет…
12.30 <…> Временами дрожание головы.
12.4 °Cнова наблюдается икота.
12.55 Икота.
14,35 Икота (2 раза).
14.55 Поднес левую руку к губам, шевелил губами, выпил 2 чайных ложки воды.
16.00 <…> Живот более вздут, чем обычно. (Кстати, дочь вспоминает, что Сталин якобы стал заниматься под конец жизни самолечением. Капал в стакан с водой йод и… выпивал в качестве какого-то лекарственного средства. Самоотравление йодом в такой форме действительно могло быть, и могло кончиться такой же кровавой рвотой цвета кофейной гущи. Однако… тогда бы не наблюдалась «токсическая зернистость в лейкоцитах». — НАД.)
17.00 <…> Иногда икота (2–3 раза).
18.00 <…> Один раз была икота. Издавал 3 раза звуки стона. (До смерти остается 3 часа 50 минут. — НАД.)
19.40 Кровяное давление 150/100. Ткачев.
20.10 <…> Коматозное состояние… Потливость общая, резкая. Неполное смыкание век. (Кома — угрожающее жизни состояние с отсутствием сознания и реакций на любые внешние раздражители обусловлено нарушением кровообращения в головном мозге и (или) токсическим повреждением клеток центральной нервной системы ядами. — Комментарий специалистов. — НАД.)
21.10 Резкий цианоз лица. Кожа влажная. <…> Живот вздут…
21.30 Резкая потливость. Больной влажный. Пульс нитевидный. Цианоз усилился.
21.40 Карбоген (4,6 %СО2) 30 секунд, потом кислород. Цианоз остается. Пульс едва прощупывается. Больной влажный. Дыхание учащенное, поверхностное. Повторен карбоген (6 °CО) и кислород. Сделаны инъекции камфоры и адреналина. Искусственное дыхание.
21.50 Товарищ И. В. Сталин скончался.
(Третьяков, Лукомский, Тареев, Коновалов, Мясников, Филимонов, Глазунов, Ткачев, Иванов.)
Многие задокументированные врачами (в том числе предсмертные) наблюдения за Сталиным разительно отличаются от того, что пишут по памяти другие очевидцы, например, дочь Светлана: «Впервые я увидела отца нагим… В последнюю уже минуту он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Поднял вдруг кверху левую руку и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела». Так вспоминает дочь, правда, с оговоркой: «Не знаю, так ли было на самом деле…»
Обращает внимание фраза: «Впервые я увидела отца нагим…» Это дочь… за 27 лет жизни! Что уж тут говорить об остальных(?!), многие из которых вообще видели живого Сталина впервые так близко… Кстати, из книги Светланы Аллилуевой «20 писем к другу» можно сделать вывод, что дочь отца не узнала, объясняя это тем, что болезнь изменила его до неузнаваемости. Впрочем, быть может, это все-таки был двойник, и поэтому узнать отца дочь не могла???

Последние уколы

Казалось бы — все! Однако ставить точку в журнале врачей рано. В этой общей папке много как бы бесхозных, но весьма содержательных бумаг. Одна из них особенно загадочна… Касается она медсестер и последних уколов. В «Папке черновых записей лекарственных назначений и графиков дежурств во время последней болезни И. В. Сталина» есть предписание о процедурах на 5–6 марта 1953 г. Выполнять их должны были медсестры Панина, Васина, Демидова, Моисеева. И надо же было такому случиться, что последние, как говорят, роковые уколы пришлось делать именно Моисеевой… В 20 часов 45 минут она введет инъекцию глюконада кальция. До этого такой укол больному за все время болезни не делался ни разу! В 21 час. 48 мин. она же поставит роспись, что ввела 20-процентное камфорное масло. И наконец в 21 час. 50 мин. Моисеева распишется, что впервые за все лечение осуществила инъекцию адреналина… После чего Сталин И. В. тут же скончался!!! Вероятно, именно это дурное совпадение дало повод для зловещих слухов, что Сталина на тот свет отправила специальным уколом специально подготовленная Берией женщина еврейского происхождения, якобы в отместку за готовящуюся высылку евреев…
Кстати, как сказали мне медики, при состоянии, которое наблюдалось у Сталина в последние часы, уколы адреналина категорически противопоказаны, так как вызывают спазмы сосудов большого круга кровообращения и чреваты летальным исходом, что и произошло!

Итак, из всего этого правда лишь то, что сразу после того, как бывшие соратники вождя, разделив в Кремле власть, прибыли к нему, еще живому, на дачу — состоялся последний укол, за которым и… последовала мгновенная смерть!

Сталина отравили ядом паука?

Итак, тайное стало явным! Слухи, что Сталин был убит, имеют теперь документальное подтверждение. Скорее всего, вождь был отравлен ядом природного, органического, белкового происхождения. По оценкам современных специалистов отравляющие вещества такого характера содержатся в ядах змей, пауков и скорпионов, а также в некоторых видах растений и бактерий. Действуют они путем нарушения дыхания и кровообращения, поражая лимфатические узлы, глаза, головной мозг и т. д., и в зависимости от обстоятельств поражения в той или иной мере ведут к гибели человека. Обнаруженные мною документы, на которых я теперь останавливаюсь подробно, свидетельствуют о бесспорном наличии яда в организме Сталина. Вместе с тем точный его состав и происхождение эти документы не отражают. Видимо, в те жуткие дни и ночи, когда делались анализы крови страшно умиравшего Хозяина Кремля, разрешения, а тем более указания на это медики не получали. Да и вряд ли бы получили, если бы даже очень захотели?! Однако факт отравления они установили однозначно!

В связи с этим особый интерес представляют результаты анализов крови, мочи и рвоты… Прошу прощения за столь неприятные предметы этого исторического исследования, но, к сожалению, без подробного разговора о них не обойтись!

Итак, первые результаты анализов крови и мочи, потрясшие врачей, поступили в их распоряжение примерно к началу суток 5 марта 1953 года, т. е. тогда, когда предпринимать что-то было уже поздно, поскольку ядовитые вещества, попавшие в организм, привели к необратимым нарушениям в сердце и всей системе кровообращения Сталина, включая, что особенно опасно, головной мозг. Почему обнаружение ядов оказалось столь запоздалым, специалисты объяснили мне чуть позже, когда комментировали самые страшные моменты анализов крови?!

…Второй анализ 5.03.1953 г., отраженный в «Исследовании крови № 14 966», дал еще более ошеломляющие результаты, а именно:

Гемоглобин по Сали — 83;
Эритроциты — 4 740 000 (эритроциты в норме);
Цветной показатель — 0,88;
Лейкоциты — 21 000 (При норме 5000–8000. Белые кровяные клетки поглощают бактерии, вредные для организма частицы и чужеродные вещества. — НАД.)

Лейкоцитарная формула:

Лимфоциты — 4,5 % (При норме 22–30 %. Резкое их уменьшение означает серьезную борьбу организма за сохранение своей жизнеспособности и одновременно — опасное снижение защитных функций организма. Кроме того, резкое снижение числа лимфоцитов означает, что они зафиксировали в организме токсины, т. е. отравляющие вещества преимущественно природного происхождения, и начали активно превращаться в моноциты и макрофаги, способные поглощать и переваривать токсины, что и нашло отражение в следующих ниже показателях крови. — НАД.)
Моноциты — 10,5 % (При норме 4–8 %. Это дополнительное подтверждение наличия в организме токсинов. Превращение лимфоцитов в моноциты, а моноцитов в макрофаги свидетельствует о борьбе организма не на жизнь, а на смерть. Обнаружение нарастающего числа макрофагов говорит о необходимости борьбы организма именно с токсическими веществами. — НАД.)
Клетки Тюрка — 0 % (При норме 0–1 %. — НАД.)
Базофилы — 0 % (При норме 0–1 %. — НАД.)
Эозинофилы — не найдены (При норме 1–4 %. Способны обезвреживать токсины. — НАД.)
Нейтрофилы — 85 % (При норме 55–68 %. Рост числа нейтрофилов, пожалуй, главный свидетель наличия именно токсических ядов в организме. Именно нейтрофилы способны поглощать токсины и вообще мелкие инородные тела. Токсины — сложные соединения белковой природы бактериального, растительного или животного происхождения, вызывающие в зависимости от форм проникновения в организм и силы своего воздействия летальный исход. Этот показатель на бланке жирно подчеркнут синим карандашом. — НАД.)
Классификация нейтрофилов по Шиллингу
Миэлоциты — 0 % (При норме 0 %. — НАД.)
Юные — 0 % (При норме 0 %. — НАД.)
Пал очко-ядерные — 18 % (При норме 2–5 %. Этот показатель тоже жирно подчеркнут синим карандашом. — НАД.)
Сегментно-ядерные — 67 % (При норме 50–68 %. — НАД.)
Особые замечания. В части нейтрофилов имеется токсическая зернистость.
Лаборант Виноградов(а)».

Вот эти «Особые замечания» и повергли в шок врачей, пытавшихся вылечить Сталина, ибо они-то знали (в отличие от простых смертных), что: зернистые лейкоциты или гранулоциты (т. е. базофилы, эозинофилы и нейтрофилы) защищают организм человека от бактерий и токсических веществ. В сталинском же случае была обнаружена в лейкоцитах именно «токсическая зернистость».

Здесь необходим дополнительный комментарий специалистов. Вот что они мне дали прочитать: «Сильнодействующие вещества ядов некоторых животных (змей, насекомых и пр.) и растений, а также токсины бактерий являются белками. (Поэтому, как я понял, резкое повышение белка в моче означает отравление организма этими ядами… или одним из этих ядов.

— НАД.) При попадании в кровь… опасных для организма продуктов… вырабатываются антитела — белки иммуноглобулина, принимающие участие в нейтрализации токсичных чужеродных белков… Некоторые отравления вызывают тахикардию, т. е. учащение сердечных сокращений более 90 в 1 минуту при норме 60–80…»

Тут я спросил: «Почему анализы крови не сразу, а только на 3-й день, показали наличие токсинов?» Мне сказали: «Даже самые плохие студенты медвузов знают: чтобы лейкоциты отреагировали на чужеродные токсические частицы в организме человека, и произошло накопление антитоксичных моноцитов и нейтрофилов, лимфоциты должны иметь более или менее продолжительное время для распознавания этой чужеродности и время для образования такого количества моноцитов и нейтрофилов, которое способно пытаться уничтожать эту чужеродность. Что и имело место. Однако, когда обнаружили эту токсичность в лейкоцитах вашего больного, было уже поздно, так как произошли невосстановимые разрушения в сердце и головном мозге…» Что, кстати, и показала, — мысленно вспомнил я, — электрокардиограмма 5 марта, до этого (2 марта) не фиксировавшая сколько-нибудь серьезных изменений в сердце Сталина!

— Когда же и что нужно было делать, чтобы попытаться спасти больного? — не унимался я. И мне ответили: «Во всех случаях должно производиться промывание желудка… даже по истечении 3–5 и более часов после поступления яда. И независимо от того, применялись или нет другие мероприятия! Полезность и сила этого метода в относительный быстроте и полноте выведения яда из желудка (если отравление произошло через рот), а также в уменьшении опасности мозгового инсульта у пожилых людей, благодаря отсутствию подъема кровяного давления, какое бывает из-за сильного натуживания при рвоте… Кстати, во многих случаях промывание желудка помогает и при других формах попадания яда в организм, а не только через рот. Почему? Долго объяснять… Но поверьте на слово, что это точно!..»

Внимательно перечитывая журнал врачей, я с удивлением обнаружил, что все или почти все сказанное специалистами имело место и в случае со Сталиным. Причем, надо сказать, показывая журнальные записи специалистам, я не стал объяснять, кого они касаются конкретно. Да меня, консультируя, и не спрашивали, видимо, предпочитая жить по принципу: меньше знаешь — лучше спишь! Короче, я получил консультацию, а они — деньги. И… разошлись.

Итак, когда врачи, лечившие Сталина, все это поняли, было уже поздно. (На что, скорее всего, и рассчитывал Берия!) После обнаружения «зернистой токсичности в лейкоцитах» врачи наверняка осознали, что отравление было совершено таким образом, чтобы сперва проявилось не само первичное заболевание (т. е. отравление), а так сказать, бросавшаяся в глаза видимость болезни в форме кровоизлияний в мозг и желудок, т. е. последствия отравления.

Светила медицины, напуганные разраставшимся в те дни «делом врачей», заявлять во всеуслышание о том, что они поняли, не решились. Оставили только (на всякий случай?!) ничего не говорящую некомпетентным людям запись «токсическая зернистость в лейкоцитах», которая тогда «просто затерялась» среди бумаг и… поэтому(?) не вошла в официально обнародованные документы.

Медики понимали: скажи они, что имеет место отравление, а они все эти дни лечили инсульт и гипертонию (т. е. болезнь, а не причину!), и Берия арестует их тут же. А уж под пытками они сами наговорят, чего угодно!

Так организованное (неважно кем!) «дело врачей» сыграло свою зловещую роль в убийстве Сталина.
Все это подтвердит вскрытие. Но кто же из патологоанатомов рискнет в Акте написать это прямо, когда Хозяин тела уже абсолютно бессилен защитить тех, кто узнал и мог бы сказать народу правду?!


Окончание ЗДЕСЬ.


На главную страницу блога

Как убивали Сталина - 3

Все материалы данного блога предназначены для лиц старше 18 лет (18+)


Окончание. Предыдущие части ЗДЕСЬ (1) и ЗДЕСЬ (2).


Вскрытие тела Хозяина

То, что установила в своих анализах «Центральная клинико-диагностическая лаборатория Лечебно-санитарного управления Кремля», с ужасающей силой подтвердило вскрытие.

Кстати, все анализы производились без указания фамилии Сталина и выписывались на имя начальника его выездной охраны И. В. Хрусталева. Выходит, Хрусталев знал больше всех?! Если, конечно, не брать в расчет самого Берию… Существует чуть ли не официально принятая версия, якобы Хрусталев последний человек, который видел вождя в нормальном состоянии. В связи с этим вызывает вопросы внезапная смерть здоровяка Хрусталева через 10–15 дней после похорон Сталина, о чем по секрету рассказал мне несколько лет назад умерший 9 января 2005 года Ю. С. Соловьев, около 10 лет являвшийся подчиненным И. В. Хрусталева и одним из самых приближенных телохранителей Сталина. Соловьев уверял, что Хрусталев был предан вождю не меньше его. И вот какой вывод в связи с этим напрашивается: если Хрусталева, который слишком много знал, убрал не Берия, то, вполне возможно, он покончил с собою сам, осознав, что стал невольным соучастником убийства человека, которому был предан… Предполагать это заставляет тот факт, что вскоре после смерти Сталина Хрусталев был арестован, но… уже дней через 10 выпущен. Вряд ли Берия его выпустил бы, если хотел быстро расправиться. Впрочем, чем черт не шутит? А Берия был, как признавались мне его подчиненные, черт… и еще какой!

[Читать дальше...]
Вот под чьим контролем должно было происходить вскрытие тела отправленного в мир иной Хозяина Кремля.

Вскрытие производилось с 4 часов утра до 1 часа дня 6 марта 1953 г., т. е. началось через 6 часов 10 минут после официально объявленного наступления смерти в 21 час 50 минут 5 марта 1953 года. По ходу вскрытия комиссией составлялся «Акт патологоанатомического исследования тела Иосифа Виссарионовича Сталина». В комиссию входили 19 человек. Из них: 9 основных членов (министр здравоохранения СССР Третьяков А. Ф., начальник Лечсануправления Кремля Куперин И. И., Президент АМН СССР академик Аничков Н. Н., действительный член АМН СССР профессор Скворцов М. А., член-корреспондент АМН СССР профессор Струков А. И., член-корреспондент АМН СССР профессор Мардашев С. Р., Главный патологоанатом министерства здравоохранения СССР профессор Мигунов Б. И., профессор Русаков А. В., доцент Усков Б. Н.), 4 представителя от лечивших врачей (Главный терапевт Минздрава СССР профессор Лукомский П. Е., действительный член АМН СССР профессор Коновалов Н. В., действительный член АМН СССР профессор Мясников А. Л., профессор Евдокимов А. И.) и 6 сотрудников Лаборатории при Мавзолее В. И. Ленина (профессор Кушко В. М., доцент Авцын А. П., Кузнецов И. С., Дебов С. С., Обысов А. С., Шестаков И. Д.). Последним шести предстояло участвовать в бальзамировании тела, чтобы вскоре оно предстало для всеобщего поклонения. По неизвестным мне причинам Акт подписали 11 человек из… 19! И, если можно понять, почему нет подписей 6 специалистов по бальзамированию, то отсутствие двух подписей представителей от лечивших врачей (не подписали Коновалов и Евдокимов) наводит на размышления, которые после изучения Акта вскрытия только усиливаются… Конкретные сомнения лучше выражать по ходу цитирования, что я и сделаю.

Первым делом, дабы развеять мифы о «натуральных показателях» Сталина, приведу фактически зарегистрированные данные. Это нужно хотя бы потому, что не так давно по центральному ТВ даже ученые с мировым именем несли такую ахинею, от которой, как говорится, уши вянут. (Впрочем, не берусь утверждать, чьи это данные — вождя или его двойника?)

Итак: «Рост Сталина И. В. — 170 см. Состояние питания умеренно-повышенное. Вес тела — 70 кг. Вес головного мозга — 1340 гр. (При среднем весе у человека — 1375 грамм. — НАД.) Размеры сердца 12x12,5x6,5 см, вес 540 гр… (Обычно сердце взрослого человека весит около 300 г или равно 1/200 веса тела, т. е. у Сталина сердце должно было бы весить примерно 340–360 г. В Акте же указывается 540 г., что характерно для гипертоников или для хорошо тренированных людей, каким и был Сталин. Это может объяснять, почему он так долго сопротивлялся смерти, в то время как другие, подопытные жертвы, от аналогичных доз яда погибали «почти моментально». — НАД.) Печень: 26x18x8 см, вес 1540 гр. (По весу соответствует норме. — НАД.) Почки. Левая: 12x4,5x2,5 см, вес — 150 гр. Правая: 12x6x3 см, вес — 160 гр.) (В пределах нормы. — НАД.) <…> Органы малого таза не осмотрены по условиям бальзамирования. <…> Щитовидная железа, гипофиз и половые железы не осмотрены по условиям бальзамирования».

Вскрытие было не полным, чтобы не ухудшить «условия бальзамирования». По тем же «условиям бальзамирования полость рта не раскрывалась, и язык, миндалины, пищевод, гортань и трахея не были осмотрены». Впрочем, после того, как врачи увидели анализы крови, мочи и состояние желудка, продолжать вскрытие не имело смысла. Все и так стало ясно!

…Теперь можно переходить к сенсации вскрытия. Сенсация вскрытия в том, что оно не подтвердило публично объявленных «воспалительных очагов в легких». Зато показало такое состояние желудочно-кишечного тракта, какое однозначно могло быть только при сильнейшем и тотальном отравлении, которое будто бесчисленной дробью посекло слизистые желудка и кишечника… да так, что на них не осталось живых мест. Это объясняло откуда такой бешеный лейкоцитоз (21 000!) при активной профилактике и отсутствии воспаления легких, на которое так рассчитывали начальники от медицины, дабы объяснить этим идущую в организме вождя борьбу лейкоцитов с чем-то якобы необъяснимым и одновременно тем самым скрыть загадочную кровавую рвоту и… «непонятно» откуда взявшуюся «токсическую зернистость в лейкоцитах».

Чтобы не сказали, дескать, клевещу на медначальников, напомню, что писали в те дни газеты под бдительным руководством Берии.

«В ночь на второе марта у И. В. Сталина произошло кровоизлияние в мозг… на почве гипертонической болезни и атеросклероза. <…> На 2 часа (ночи, — НАД.) 5-го марта 1953 г. существенных изменений в легких, а также со стороны органов брюшной полости за истекшие сутки не установлено. В моче обнаружен белок и красные кровяные тельца (т. е. моча — с кровью! — НАД.)… При исследовании крови отмечено увеличение количества белых кровяных телец (до 17 тысяч). <…> В связи с повышенной температурой и высоким лейкоцитозом усилена пенициллинотерапия (проводившаяся в профилактических целях с начала болезни).

<…> Утром пятого марта наблюдались в течение трех часов явления тяжелой дыхательной недостаточности… В 8 часов утра развились явления острой сердечно-сосудистой недостаточности (коллапс); кровяное давление понизилось, пульс участился, увеличилась бледность. <…> Снятая в 11 часов утра электрокардиограмма показала острые нарушения кровообращения в венечных артериях сердца с очаговыми изменениями в задней стенке сердца (электрокардиограмма, снятая 2-го марта, этих изменений не устанавливала). В 11 часов 30 минут вторично наступил тяжелый коллапс… На 16 часов кровяное давление: максимальное — 160, минимальное — 100; пульс 120 в минуту, аритмичный, дыхание 36 в минуту, температура 37,6°; лейкоцитоз 21 тысяча».

«Из медицинского заключения о болезни и смерти И. В. Сталина».

<…> С первого дня болезни повысилась температура, и стал отмечаться высокий лейкоцитоз, что могло указывать на развитие воспалительных очагов в легких».

А теперь то, что газеты скрыли от народа тогда, и… до сих пор скрывают официальные инстанции, объясняя это тем, что «это — личная тайна семьи Сталина и рассекретить ее будет разрешено только через 75 лет после случившегося, т. е. в 2028 году». Однако эти слова высокопоставленного чиновника, видимо, обычная отговорка, охраняющая не секреты семьи вождя, а тайну смерти Сталина и… его убийцы Лаврентия Павловича Берии!!!

Действительно, разве должен быть тайной от народа «Акт патологоанатомического исследования»(?), в котором как прокурорское обвинение звучат следующие слова: «Содержимое желудка представляет собой черного цвета жидкость в количестве 200 кб. см. На слизистой желудка обнаружены множественные мелкие черно-красные точки, легко снимающиеся ножом. По удалении их на слизистой желудка обнаруживаются мелкоточечные углубления. Слизистая желудка сглажена. Такого же характера изменения обнаружены на слизистой двенадцатиперстной кишки.

На вершине складок верхнего отдела тощей кишки в слизистой оболочке обнаружены мелкоточечные кровоизлияния. Такие же кровоизлияния кое-где встречаются и на протяжении всего тонкого кишечника.
В просвете верхнего отдела тонкого кишечника обнаружена густая темно-зеленого цвета масса, приобретающая на остальном протяжении кишечника черную окраску. Слизистая тонкого кишечника — местами интенсивно окрашивается этой полужидкой массой в черный цвет…»

После такой «убийственной картины» Генеральной прокуратуре самое время сделать заявление, что, по результатам вскрытия, возбуждается уголовное дело — дабы народ знал, что ни одно убийство в России (каким бы ни был срок его давности) не останется безнаказанным!!!

Муки совести профессора Лукомского

Обращает внимание то, что патологоанатомы обстоятельных оценок увиденному не дают. В основном — общие поверхностные слова. Вместе с тем достаточно добросовестно описывают все, что увидели. Создается впечатление, что они предполагали, что когда-нибудь к этому их Акту обязательно вернутся, и специалисты сделают на его основании очевидные выводы об истинных причинах кровавой рвоты и смерти И. В. Сталина… Что и происходит сейчас!

А тогда, отчетливо осознавая, что кончина вождя имела не естественный, а принудительный характер, они на этот счет и заикнуться не могли, ибо это значило бы не только для них, но и для всех их близких войти в неравное выяснение отношений с самим убийцей — с Берией, с министром, сосредоточившим тогда в одних руках всю карательную власть и, как никогда, почувствовавшим в те дни свою абсолютную безнаказанность.

И все-таки даже в те смутные времена среди медиков нашелся человек, которому эта явно «преднамеренная смерть» не давала покою. Тем более, что именно ему, профессору Лукомскому, задним числом было поручено оформить «Историю болезни, составленную на основе журнальных записей течения болезни И. В. Сталина».

Вот наиболее показательные выдержки из его работы, свидетельствующие о попытке указать истинные причины смерти вождя. К сожалению, остальные члены консилиума лечивших врачей эту попытку не поддержали. Однако от этого признание ими факта убийства Сталина стало только очевиднее.

«В течение 2 марта перед каждым мочеиспусканием больной проявлял некоторые признаки беспокойства, которые позволяли вовремя ему подавать «утку». (Значит, сознание еще работало! — НАД.) <…> Во всех 4-х порциях мочи содержался белок в количестве 2,7 промилле. В осадке имелись эритроциты (т. е. кровь, — НАД.)…

При исследовании крови 2 марта было обнаружено: гемоглобин — 74 %, эритроцитов 4 400 000, лейкоцитов 9300, из них 77,5 % нейтрофилов (Значит, уже в первый день у Лукомского появились серьезные подозрения на отравление. — НАД.). Содержание протромбина в крови 107 %. Вязкость 4,5».
5 марта. «В 12 часов дня… консилиум обсудил вопрос о причинах кровавой рвоты и пришел к выводу, что она явилась результатом сосудистых трофических поражений (Чем? — НАД.) слизистой оболочки желудка, связанных с основным заболеванием. («Чем» — врачи, конечно, писать не стали. Не указывать же на «токсическую зернистость в лейкоцитах»? Зато витиевато сослались на «связь с основным заболеванием», которым при таком диагнозе могло быть, что угодно, в том числе и не имевшая места гипертония. Врачам ничего не оставалось, как сделать этот неубедительный даже для дежурившего Булганина вывод. О замешательстве, в котором тогда оказались врачи (я об этом уже говорил, но здесь вынужден повторить это еще раз), вспоминал позже профессор Мясников: «Утром пятого у Сталина вдруг появилась рвота кровью: эта рвота привела к упадку пульса, кровяное давление пало. И это явление нас несколько озадачило — как его объяснить?»

А что консилиуму оставалось еще(?), если он был вынужден сделать вид, что в лейкоцитах «токсическая зернистость» не обнаружена… Вот бы на это(!) консилиум попробовал обратить внимание Берии. Да Берия бы в этом их самих и обвинил. «Дело врачей» было в самом разгаре. Нашли бы крайнего(!) — кто, давая Сталину лекарства, дал вместе с ними… яд! Как один сознались бы, что являются членами тайной организации врачей-вредителей! — НАД.)

Повышение температуры, доходившей до 39°, и лейкоцитоз (до 21 тысячи лейкоцитов) консилиум объяснил возникновением очаговой пневмонии, которая часто (исправлено Лукомским на «нередко», — НАД.) имеет место у больных с гемиплегией (т. е. параличом частей тела, — НАД.)»

Консилиум пытался «объяснить это пневмонией», а на вскрытии про это «забыл» и о пневмонии не сказал ни слова, словно и упоминаний о ней не было. Впрочем, в присутствии представителей консилиума вскрытие производили другие. Поэтому зачем им нужно было брать на себя ответственность за чей-то ошибочный диагноз?

«5 марта 1953 года у больного повторно наблюдались явления острой сердечно-сосудистой недостаточности (коллапс), которые до некоторой степени (какая скользкая формулировка — «до некоторой степени», — НАД.) зависели от желудочного кровотечения. 17.III.53 г. исп. Лукомский».
Позже Лукомский впишет: «до некоторой степени могли зависеть от желудочного кровотечения». Но, подумав, профессор зачеркнет слова «могли» и «до некоторой», а вместо них напишет окончательное — «в значительной степени зависели от желудочного кровотечения », что отныне будет означать (страшно подумать!) появление и наступление «острой сердечно-сосудистой недостаточности (коллапс)» из-за «желудочного кровотечения», т. е. все(!) началось с желудка!!! С яда в желудке. С «токсической зернистости в лейкоцитах».

…В июле 1953 г. консилиум опять перепишет это место и, не поддержав смелость Лукомского, даже после ареста Берии сделает так: «5 марта 1953 года у больного развились повторные явления коллапса, которые до некоторой степени зависели от желудочного кровотечения». Дальше в тексте вместо предложения «Однако артериальное давление продолжало оставаться на высоком уровне до наступления 5 марта коллапса в связи с желудочным кровотечением» напишут, как отрубят: « Однако артериальное давление продолжало оставаться на высоком уровне до 5 марта, когда наступил коллапс». И… точка! А зачем снова поднимать «больной вопрос», когда легче от него уйти, чтобы быть «от греха подальше»?!
Важно отметить, что «История болезни И. В. Сталина, составленная на основании журнальных записей течения болезни со 2 по 5 марта 1953 года» переделывалась Лукомским и другими не менее 4-х раз! Сразу после кончины вождя был первый черновой вариант Лукомского, датированный 17.03.1953 г. Второй — после 17 марта, частично написанный Лукомским от руки. Третий — в июле без указания числа на основе «Истории» Лукомского. И четвертый (чистовой), подписанный всеми, без всякой даты на основе июльского варианта.

Почему к этому «больному вопросу» решили вернуться в июле 1953 года? Да потому, что в конце июня был арестован Берия, который во время майских праздников прямо сказал Молотову, что это он всех спас от Сталина!..

Поначалу, видимо, было решено отразить факт отравления вождя в «Истории его болезни», однако потом партийная верхушка, вероятно, сочла это рискованным, поскольку это могло повлечь за собой разбирательства, которые бы четко показали, что, когда еще не умер Сталин, на его место (по документам еще 3 марта!) уже был назначен Маленков… словно он заранее, как и Берия на 100 % знал, что Сталин умрет!

Естественно, в такой обстановке Маленков, получивший первый пост в государстве, не был заинтересован в обнародовании тайны отравления Сталина…

Впрочем, всё хорошо взвесив, в этом не были заинтересованы и остальные вожди, получившие новые большие назначения (Молотов, Микоян, Ворошилов, Булганин, Каганович и Хрущев) после неопределенности своего положения, возникшего на октябрьском пленуме ЦК в 1952 году. Сталин тогда выступил с разоблачительной речью… особенно против Молотова и Микояна.

Врачебный консилиум, начавший после ареста Берии активно составлять «Историю последней болезни Сталина», соответствующую действительности, сперва резко притормозили, а затем и вообще свернули, что нашло свое отражение, например, в 3-м (июльском) варианте, где было написано, а потом зачеркнуто следующее основное место в самом конце «Истории болезни»: «Желудочное кровотечение способствовало возникновению повторных приступов коллапса, которые закончились смертью».
Множественные переписывания и исправления именно этого места свидетельствуют, что согласия между врачами (как выйти из создавшегося положения?!) не было до самого конца! Быть может, именно поэтому датированный июлем 1953 года 3-й вариант «Истории болезни» никто(!) не подписал… А сказать, когда был всеми(!) подписан 4-й (нейтральный) вариант, пока не представляется возможным. Видимо, именно из-за него до сих пор гуляют слухи, что эта «История болезни» подделана! Во всяком случае, я сам убедился, что по сей день есть те, кому бы не хотелось, чтобы все выплыло наружу. В связи с чем предлагаю информацию для размышлений: когда 2 года спустя, я попросил еще раз допустить меня к тем документам, которые я уже видел и частично обнародовал, мне сказали: «Вряд ли это получится, так как документы эти снова засекретили…» И добавили: «Но надежд не теряйте! Может быть, через месяц-другой все встанет на свои места».

Аналитическое заключение самого опытного руководителя советской разведки Владимира Крючкова
Исследование «Как убивали Сталина», конечно, сильный материал. Очень сильный материал. Убедительный. Правда, за 17 лет руководства внешней разведкой СССР я привык, чтобы по любому значительному поводу высказывалось, как можно больше знающих людей. Брать на себя истину в последней инстанции ни одному человеку не под силу. Поэтому хотелось бы, чтобы после публикации тех ошеломляющих материалов, которые обнаружил и исследовал Добрюха, на этот счет высказались и другие видные специалисты, и вообще все, кто имеет к этому серьезное отношение. Всегда оказывается лучше, когда один человек не навязывает остальным свои выводы, а ведет дело так, чтобы вопрос, поднятый им, вызывал свободное обсуждение, уточняющее и дополняющее уже достигнутый результат.
Дальше. Было бы хорошо, чтобы по итогам обсуждения группа находящихся наверху и вызывающих доверие экспертов обнародовала выводы, имеющие бесспорные доказательства, а также те вопросы, которые еще требуют своего решения.

Вместе с тем надо признать, что впервые материалы о последней болезни и смерти Сталина настолько значительны, что теперь от них уже никто не сможет отвернуться. Как человек, проработавший главную часть жизни в компетентных органах, я всегда думал, что в случившемся в ту первую весеннюю ночь 1953 года много загадочного: и врачей долго не было; и поведение тройки «Берия-Маленков-Хрущев» — странное; и многое другое вызывает непростые вопросы…

И вот наконец-то сделан(!) в нужном направлении очень примечательный первый шаг, такой шаг, от которого не отвертишься. Теперь ни один уважающий себя историк или политик не сможет не иметь этого в виду. Этот шаг примечателен тем, что впервые позволяет перейти от исследований воспоминаний, слухов и предположений к исследованию главных подлинных документов.

Что же касается темы двойников Сталина, то ее исследование не кажется мне убедительным. Впрочем, у меня не было времени заняться разработкой подобной информации, поскольку нараставшие как снежный ком проблемы Перестройки, случившейся в бытность мою Председателем КГБ СССР, не давали даже оглянуться назад…

Однако даже та информация, которой я располагаю, говорит, что никаких двойников у Сталина не было, как не было их у Хрущева, Брежнева, Андропова и Горбачева. Но разговоров про это приходилось слышать немало… Вот на Западе и в других странах такая практика была… И то — больше в государствах так называемого «третьего мира». А у нас нет! Даже после попытки выстрелить в Горбачева в ходе демонстрации на Красной площади этот вопрос не вставал.
Если бы двойники у Иосифа Виссарионовича были, вряд ли эту тайну кому-то удалось бы бесследно унести на тот свет. Если бы она была, кто-кто, а я бы ее знал…
Материалы же насчет последней болезни и смерти Сталина — это, действительно, по-настоящему серьезно!

Сомнения главного токсиколога Москвы

Когда все это прочитал один из крупнейших специалистов в области ядов главный токсиколог Москвы Юрий Николаевич Остапенко, то он сказал мне, якобы не видит подтверждений (исходя из предложенных мною документов), что был использован яд природного происхождения. Однако, чуть погодя, как бы между прочим, заметил, что склоняется к тому, что все это похоже на то, что было применено лекарство «дикумарин». «Дикумарин» мог быть изготовлен специально с передозировкой, после чего его прием вызывает инсульт…

И тут я вспомнил, как Лозгачев, первым увидевший лежавшего на полу после удара Сталина, говорил: «Я подбежал и спросил: «Товарищ Сталин, что с Вами? Может, врача вызвать?» А он в ответ так невнятно: «Дз… дз…» Дзыкнул и все».

Именно эти слова я вспомнил, когда зашел разговор об инсульте от «дикумарина», изготовленного с передозировкой. Может, именно о «дикумарине» пытался сказать парализованный Сталин, выдавливая из себя только «дз… дз…»

Справка о дикумарине

Белый мелкокристаллический порошок, без запаха. Плохо растворим в воде и спирте. Однако относительно быстро всасывается при приеме. Дикумарин был первым и основным представителем антикоагулянтов — лекарств, снижающих свертываемость крови. Однако в связи с высокой токсичностью изъят из употребления.

По современным представлениям, дикумарин является подавителем витамина К, необходимого для образования в печени протромбина, отвечающего за свертываемость крови (Смотрите «Муки совести профессора Лукомского» — о протромбине. — НАД.). Дикумарин способен незаметно для человека накапливаться в организме и при достижении определенной концентрации вести к отравлению. Эффект воздействия дикумарина проявляется не сразу, медленно, но продолжительно. Воздействие начинается через 2–3 часа и достигает максимума через 12–30 часов. (Что, заметим, соответствует времени нарастания потери сознания у Сталина в течение первых суток его последней болезни. — НАД.) В плазме крови дикумарин связывается с белками и выделяется прежде всего с мочой. Вызывает снижение липидов в крови и, следовательно, расстройство нервной системы, а также повышает проницаемость сосудов, что чревато кровотечениями. При передозировке и длительном применении дикумарин приводит к тотальным кровотечениям, связанным не только с изменением свертываемости крови, но и с повышением проницаемости капилляров. Могут наблюдаться выделения крови с мочой, кровотечения из полости рта и носоглотки, желудочные и кишечные кровотечения, кровоизлияния в мышцы и т. д. Особо опасен для пожилых людей…

Осторожное мнение главного судмедэксперта Москвы Владимира Жарова

«Клинические данные свидетельствуют о том, что у Сталина было очень обширное поражение головного мозга — кровоизлияние и отек мозга.

Лейкоцитоз свидетельствует о серьезном воспалении. При мозговом поражении такого сразу не может быть. Это могут быть хронические болезни, которые обострились.

Последовавшая рвота тоже может быть проявлением мозговых нарушений, примерно того же характера, что и конвульсивные сокращения конечностей. Кровь в рвоте — это основание для того, чтобы размышлять: возможно, действительно в организм попал какой-то яд, который разрушил стенки сосудов в желудочно-кишечном тракте.

Анализ рвотных масс говорит о том, что кровь в желудке подверглась химическому воздействию. «Содержимое желудка черного цвета…» — именно такой цвет приобретает кровь, вступившая в реакцию с раствором соляной кислоты, который представляет из себя желудочный сок.

Но исключить отравление полностью нельзя. Есть подозрения, что некий токсический фактор присутствовал. Хотя подобные изменения могут быть связаны и с тяжелой гипоксией. А это, в свою очередь, связано с отказом нормальной работы сердца, которое спровоцировано мозговыми нарушениями.
Это могут быть яды не разъедающего воздействия, а яды, вызывающие поражение дыхательной, сосудодвигательной функции. Это могло бы быть отравление ядом, который приводит к функциональным расстройствам — поражает, например, дыхание. Они не приводят к морфологическим изменениям в организме, а вызывают определенную клиническую картину нарушения кровообращения. В пользу отравления свидетельствует массивное кровоизлияние в полость желудочно-кишечного тракта из-за нарушения проницаемости стенок сосудов. Когда поступают яды, стенки сосудов начинают пропускать кровь.

Увеличенная печень может быть при гипертрофическом циррозе, когда функционально активная ткань замещается нерабочей соединительной и т. д. Он может быть действительно связан с токсическими воздействиями.

Заставляет задуматься и лимфоцитоз. Токсическая зернистость свидетельствует о том, что в организме есть какие-то очаги токсического воздействия — яды, может быть, что-то еще. Если в организм попадают бактериальные или токсические элементы, то лейкоциты, лимфоциты и нейтрофилы начинают размножаться и «съедают» их. Они как бы «нафаршированы» этими бактериями и увеличиваются в размерах. И в этом случае действительно наблюдается такое явление как токсическая зернистость».
В ответ на эти осторожные слова в книге «Маленков» Р. Баландина есть следующее замечание: «Некоторая неопределенность данного заключения вполне оправданна. Ведь если покушение на Сталина организовали профессионалы своего дела, то и средства были подобраны основательно».

P.S. На смерть Сталина Ольга Бергольц написала:

Обливается сердце кровью… Наш родимый, наш дорогой! Обхватив твое изголовье, Плачет Родина над тобой.


Один из тех анализов крови Сталина, который привел врачей в замешательство: неужели вождь отравлен?


Один из тех анализов крови Сталина, который привел врачей в замешательство: неужели вождь отравлен?



На главную страницу блога